экскурсии израиль

Необычное в Израиле — деревня художников

Эйн Ход — это парковый комплекс. В деревне расположено множество галерей, музей Марселя Янко со своей библиотекой, магазины древностей, студии и мастерские, а также несколько экспозиционных залов, где регулярно проходят выставки. На территории всей деревни посетители то и дело встречают затейливые арт-объекты: скульптуру, мозаику, керамику и многое другое.

Деревня художников Эйн-Ход расположена у подножия горы Кармель, с которой открывается прекрасный вид на Средиземное море, рядом с вековой оливковой рощей…
Поселение художников Эйн-Ход берет начало практически с момента основания государства Израиль, а сейчас в нем проживает около пятидесяти семей.

В 2010 году деревня сильно пострадала во время лесных пожаров в этом регионе, но менее чем через год была восстановлена и сейчас, как и прежде, принимает гостей. У въезда стоит такая маленькая скульптурка, посвященная тому пожару. Огонь в виде петли.

Когда-то здесь была арабская деревня Эйн Худ, жители которой сбежали отсюда в ходе Войны за Независимость в 1948 году. После окончания войны, арабы построили себе деревню рядом с одноименным названием, а на территорию этой деренви правительство свезло репатриантов из Алжира и Туниса. Через несколько лет они съехали отсюда, и создали поселок Цруфа неподалеку. А в Эйн Ход в 1953 году приехала группа художников во главе с Марселем Янко, и создала тут деревню художников.

Марсель Янко — архитектор, писатель и художник, один из основоположников течения дадаизм в искусстве — родился в 1895 году в Бухаресте. В 1915 году Янко начал изучать архитектуру в Цюрихе и принимать активное участие в модернистском движении, которое призывало деятелей культуры пересмотреть взгляды на жизнь из-за войны, которая шла в те годы. В итоге Янко и другие члены движения (Хуго Балль, Ханс Арп и Тристан Тцара) основали в 1916 году новое течение в литературе и искусстве. Заседали товарищи в основном в легендарном кабачке Кабаре Вольтер, куда, кстати любил захаживать и Владимир Ильич Ленин (и играть с Тцарой в шахматы). Любопытно, что директор «Кабаре Вольтер» Андриан Нотц и в наши дни активно занимается популяризацией наследия «дадаистов»

В 1921 году Марсель отправился в Париж и попытался убедить своих французских коллег, что дада — это главное направление в искусстве, и всем следует следовать за ним. Французы в ответ заявили, что все это «Каббала» и еврейская мистика, не подходящая для здравомыслящего европейского ума, и Янко не солоно хлебавши вернулся в Бухарест. Там он основал первое в Румыние модернистское движение, издававшее в 1922–1932 годах журнал «Контимпоранул», а также открыл вместе с братом архитектурное бюро, и занимался проектированием домов. В 1938 году Янко впервые побывал в Палестине, а в 1941 году, после первых погромов против евреев в Румынии перебрался в Израиль.

Марсель поселился в Тель-Авиве, устроился на работу архитектором в мэрии города, планировал виллы и национальные парки, а также готовил декорации для созданного в 1944 году театра Камери. Так же Янко был одним из основателей объединения художников «Новые горизонты», в которое входили многие видные художники Израиля того времени, отдававшие предпочтение абстрактному искусству и оказывавшие немалое влияние на его развитие в стране. в 1953 году Янко выступил с инициативой создания деревни художников Эйн-Ход у подножия горы Кармель, спланировал место для будущей деревни и поселился там вместе с организованной им группой художников. Этот проект он назвал «последним действием в духу дада».

Янко удалось убедить армию не разрушать арабскую деревню, а потом убедил главного архитектора всего мира Арье Шарона (почему-то в Израиле это всегда люди с фамилией Шарон) разрешить ему построить здесь деревню художников. Марсель спас старинные арабские дома Эйн Худа, которые послужили потом основанием для новых домов в деревне. Некоторое дома сохранились еще с эпохи средневековья, и мы видим здесь традиционный арабский стиль — арки и полукружия, а также дома из куркара, песчаного камня, популярного в Израиле, который сами арабы стащили из крепости крестоносцев в Атлите Шато Пелерин

Из этого же песчаного камня, кстати, построено здание музея Ха-Мазгега в Нахшолим — и Бейт мешек ха-Барон в белорусском поселке Мазкерет Батья в центре страны

Здесь находятся бронзовые скульптуры одного из ветеранов Эйн Ход художницы Урсулы Малбин , её бронзовые скульптуры с 1978 года украшают парк Vista of Peace в Хайфе.
Первый в мире общественный сад скульптур, созданный трудами женщины-скульптора Урсулы Малбин.

Урсула Мальбин, родилась в Берлине (1917) в семье врачей, как художник, скульптор состоялась в Швейцарии, куда она сбежала от нацистов в возрасте двадцати двух лет без документов и средств к существованию. Там она встретила своего будущего мужа талантливого скульптора Анри Паке, он стал не только ее спутником жизни, но и наставником в искусстве.

В дошвейцарский период Урсула успела активно поучаствовать в работе юношеских сионистских организаций Германии, серьезно занималась фотографией и рисованием.

В середине шестидесятых, точнее в 1964 году, после смерти мужа Урсула Мальбин предпринимает поездку в Израиль. Осуществляется мечта сионистской юности: она на земле предков, ее, уже известного, успешного и талантливого скульптора, встречают уцелевшие в огне войны друзья юности, земляки. Они с гордостью демонстрируют ей успехи своей страны, свои успехи, ибо не отделяют себя от Израиля ни на мгновение.

Урсула Мальбин ощущает себя частью Израиля и через три года в 1967 году обосновывается в поселке художников Эйн Ход, под Хайфой.

Эйн Ход в 1953 году основали Марсель Янко и его друзья-единомышленники при активной и действенной помощи Хайфского муниципалитета.

870_490_fixedwidth

Деревня художников Эйн Ход сегодня насчитывает около ста пятидесяти семей: художники, скульпторы, ювелиры, артисты, писатели, кузнецы.

Если Вам доведется побывать на Севере Израиля, не пропустите. Прогулка по деревне, где каждый дом — галерея или музей, трапеза в одном из местных ресторанчиков запомнятся надолго.

Итак, Урсула Мальбин приобретает в Эйн Ход маленький дом, устанавливает возле него несколько своих скульптурных работ и начинает израильский период своей жизни. С этого момента она живет на два дома: под Женевой и возле Хайфы.

когда в декабре 2010 года Кармель охватил пожар, огненная лавина покатилась вниз с горы в сторону Эйн Ход. Языки пламени дошли до дома Урсулы Мальбин, но замерли перед скульптурами, пощадили их и дом мастера.

Поселившись в Израиле, Урсула Мальбин одержима идеей наверстать упущенное время, не отстать от друзей юности, внести максимальный вклад в строительство еврейского государства, так как это может сделать художник.

У нее возникает идея о создании парка скульптур, она готова подарить народу ряд своих работ и обращается с предложением к муниципальным властям Иерусалима, но руководители столицы отклоняют предложение скульптора.

Без ответа оставляют предложение щедрого подарка власти Тель-Авива. Руководители Хайфы встречают Урсулу Мальбин с распростертыми объятиями.

В Эйн-Ход вот уже более тридцати лет живет художник Евгений Абезгауз — основатель нонконформистской группы «Алеф», возникшей в Ленинграде в 1960 -е годы. Работает в доме-студии с садом и террасами, увитыми виноградом.

Осознание себя как художника приходило к Абезгаузу постепенно: «Художником я стал не сразу, хотя тяга к рисованию была с детства. Отец, который был родом из Витебска — родины Шагала, учил меня рисовать масляными красками, а потом отвел в школу при Академии художеств. Мать же была категорически против „этих глупостей“. Будучи крупным инженером и преподавателем, она говорила, что художник — это не профессия, и считала, что ребенку надо дать специальность, которая бы его кормила. В результате в 1956 -м я поступил учиться на инженера в институт связи имени Бонч-Бруевича. И инженерству я отдал восемь лет своей жизни. Но после того как я женился, и у нас родилась дочь, видимо, завершился какой-то жизненный цикл. Я поступил в Мухинское училище и стал профессиональным художником».

Абезгауз много путешествовал по миру, и культуры разных стран нашли отражение в его творчестве. Он продолжает темы, связанные с еврейским местечком и образным миром идишистской прозы и поэзии. Художник часто черпает мысли для своих произведений из Экклезиаста. Так, он воплотил на бумаге идею «мыльных пузырей», которые являются лейтмотивом в его цикле «Суета сует». Они — своеобразная метафора бессмысленных человеческих амбиций и разочарований в жизни, безысходности и бесперспективности человеческих отношений. Отношения героев длятся ровно столько, сколько существует разноцветный, сияющий всеми цветами радуги мыльный пузырь… («Игра любви», «Духовой дуэт»). А библейские образы Адама и Евы, Юдифи, Ионы, Иакова и дочерей Иерусалима выражают у Абезгауза вечные архетипичные черты человеческой личности.

В своем творчестве Абезгауз часто использует золото и серебро, а яркие цветовые контрасты делают их брутально-звучными.

Серия «Животные» для художника — это пародия на человеческие характеры. Цвет в этих работах, напоминающих пазлы или мозаику холста, диссонансно-контрастный, яркий тревожный… Герои холстов — «Золотая овца», «Портрет Маркуса-кота» обладают каким-то агрессивным обоянием: они открыты и жизнерадостны, но их зубастые улыбки настораживают.

Наивно- доверчивы и открыты образы картин Абезгауза 90-х годов, представляющие первобытную культуру наскальных росписей в современном прочтении («Обручение», «Семья», «Охотник»). Они словно сошли со стен пещер, облюбованных первобытным человеком. Им соответствует цветовая палитра художника «в гамме земли»: красная и желтая охра, цвета травы и листьев, оттенки дикого люпина. Широко распахнув глаза, причудливые герои эпосов и древних сказаний таращатся на нас, не сходя с полотен, словно им известна какая-то тайна, но передать ее они не могут…

В 1990-м в Эйн-Ходе появился Лазарь Манола, уроженец Одессы. Творец с сугубо юмористическим пониманием жизни, он известен не только как живописец, но и как большой мастер в области витража и стекла. Один из последних его циклов — «израильские фрукты».Огромные, порожденные фантазией Лазаря Манолы, сочные и спелые они теснят рамки холстов, поражая расплывчатостью плоти, некоей бесформенностью очертаний и своеобразной синеватой дымкой. Однако фрукты Манолы — не простые плоды, а словно их гратескные символы. Яблоко — символ раздора и грехопадения, слива — независимости и верности, персик — любви к ближнему…

Леонид Зильбер — еще один житель Эйн-Хода, рожденный в Витебске в 1941 году. Закончил Академию искусств в Минске, много выставлялся в Советском Союзе. Его скульптуры украшают театр Музыкальной комедии в Минске, многие станции метро этого города, портал в Драматическом театре в Гродно.

В Израиле Зильбер ушел от монументальной скульптуры, и теперь больше работает в малых формах. Любопытны его произведения «На корабле», «Женщина со скрипкой», «Мужчина за мольбертом». Мастеру подвластны и нетленный камень, и вечная бронза, и тягучая пластика гипса, шамота и глины…

Ювелир Злила Даниэли, работающая в художественной манере сочетания классики и современности, не раз выставлялась в Эйн-Ходе. Произведения этого мастера несут в себе явный отголосок ее пристрастия к этническому стилю и археологии среднего Востока: индийское ожерелье с ляпис-лазурью, с кораллами, с позолоченным серебром, ожерелье из синего океанического камня с прихотливым, изящно выполненным серебряным замочком-фермуаром, три нити ожерелья из розового китайского жемчуга, сходящиеся на серебряном позолоченном медальоне с опалом… Несомненно, таинственное мерцание опала завораживает Злилу, она любит использовать его также и в кольцах. Именно опал украшает роскошное массивное серебряное позолоченное кольцо с круглым центральным диском, напоминающее тяжелые мужские перстни кочевников.

Злила Даниэли создает современные вариации исторических ювелирных украшений и драгоценностей. Она любит работать, сочетая золото и серебро, дополняя металл геммами и полудрагоценными камнями. Особенным интересом пользуются ее своеобразные обручальные кольца.

Разумеется, кроме вышеперечисленных, в поселке Эйн-Ход живут и работают многие другие мастера. Да и не удивительно! Немного найдется на земле подобных заповедных уголков, где художник живет и творит в гармонии с природой и самим собой. Море и оливковые рощи, виноградники и горные тропы — все как будто специально создано для вдохновения. Остается лишь взять в руки кисть…

Вообще, каждый дом в деревне — произведение искусства. На стенах лепка, керамика, литье, игры с цветным стеклом — витражи…

ПОСЛЕДНИЕ ЗАПИСИ

ОСТАВЬТЕ КОММЕНТАРИЙ

Напишите мне

Я не в сети. Но Вы можете отправить мне сообщение, и я отвечу как можно быстрее.

870_653_fixedwidth (1)450_320_fixedwidth